John Cheever. The swimmer



     It was one of those midsummer Sundays when everyone sits around saying: "I drank too much last night." You might have heard it whispered by the parishioners leaving church, heard it from the lips of the priest himself, struggling with his cassock in the vestiarium* heard it from the gold links and the tennis courts, heard it from the wild- life preserve where the leader of the Audubon group* was suffering from a terrible hangover. "I drank too much," said Donald Westerhazy. "We all drank too much," said Lucinda Merrill. "It must have been the wine," said Helen Wester- hazy. "I drank too much of that claret." This was at the edge of the Westerhazys' pool. The pool, fed by an artesian well with a high iron content,* was a pale shade of green. It was a fine day. In the west there was a massive stand of cumulus cloud so like a city seen from a dis- tance-from the bow of an approaching ship-that it might have had a name. Lisbon.* Hackensack.* The sun was hot. Neddy Merrill sat by the green water, one hand in it, one around a glass of gin. He was a slender man-he seemed to have the especial slenderness of youth-and while he was far from young he liad slid down his banister that morning and given the bronze backside of Aphrodite on the hall table* a smack, as he jogged toward the smell of coffee in his dining room. He might have been compared to a sum- mer's day,* particularly the last hours of one, and while he lacked a tennis racket or a sail bag* the impression was definitely one of youth, sport, and clement weather. He had been swimming and now he was breathing deeply, stertorously as if he could gulp into his lungs the components of that moment, the heat of the sun, the intense- ness of his pleasure. It all seemed to flow into his chest. His own house stood in Bullet Park,* eight miles to the south, where his four beautiful daughters would have had their lunch and might be playing tennis. Then it occurred to him that by taking a dogleg* to the southwest he could reach his home by water. His life was not confining and the delight he took in this observation could not be explained by its suggestion of escape. He seemed to see, with a cartographer's eye, that string of swimming pools, that quasi-subterranean stream that curved across the county.* He had made a discovery, a contribution to modern geography; he would name the stream Lucinda after his wife. He was not a practical joker nor was he a fool, but he was determinedly original and had a vague and modest idea of himself as a legendary figure. The day was beautiful and it seemed to him that a long swim might enlarge and celebrate its beauty. He took off a sweater that was hung over his shoulders and dove in. He had an inexplicable contempt for men who did not hurl themselves into pools.

Страницы: (9) : 123456789

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... У нее были довольно красивые глаза, выступающие красноватые скулы и слишком длинные зубы, всегда на виду. Дойдя до порта, он повернул обратно, надеясь встретить ее снова, а встретив, бросил ей пылкий взгляд, который говорил: — Вот и я! Но как завязать разговор? Он прошелся в пятый раз, и когда они поравнялись, она уронила зонтик. Он бросился за ним, поднял и подал ей: — Разрешите, сударыня… Она отвечала: — Ао, вы ошен лубезен. Они взглянули друг на друга, не зная, что еще сказать. Она покраснела. Расхрабрившись, он произнес: — Какая чудная погода! Она прошептала: — Ао, восхитителн! Стоя в замешательстве друг против друга, они, однако, и не помышляли о том, чтобы расстаться. Она первая набралась смелости и спросила: — Вы надолго в этой месте? Он ответил с улыбкой: — О да! На сколько захочу. Потом внезапно предложил: — Не хотите ли пройтись до мола? В такие дни там очень хорошо! Она спокойно ответила: — Окотно. И они отправились рядом: она — уверенным, твердым шагом, он — раскачиваясь, как индюк, распустивший хвост. Три месяца спустя, в одно прекрасное утро, каждый видный коммерсант города Канна получил в большом белом конверте письмо, гласившее: «Г н и г жа Проспер Бомбар имеют честь известить Вас о предстоящем бракосочетании их сына г на Симона Бомбара с вдовой г жою Кэт Робертсон». И на другой странице: «Г жа Кэт Робертсон, вдова, имеет честь известить Вас о предстоящем бракосочетании ее с г ном Симоном Бомбаром». Они поселились в Париже. Состояние новобрачной давало пятнадцать тысяч франков годового дохода чистоганом. Симон пожелал получать четыреста франков в месяц на личные расходы. Ему пришлось доказать, что его супружеская нежность заслуживает такой жертвы; он с легкостью доказал это и получил просимое. Первое время все шло прекрасно. Молодая г жа Бомбар была, конечно, уже не первой молодости, и свежесть ее несколько поблекла; но у нее была такая манера предъявлять свои требования, которая делала отказ невозможным. Она так повелительно и серьезно говорила со своим английским акцентом: «О, Симон, идом спат», — что Симон покорно шел к постели, словно пес, которому сказали: «Куш»...

Ги де Мопассан (Guy de Maupassant)   
«Бомбар»

Биография

Произведения

Статьи

Галерея

Цитаты

Ваши заявки